Первая книга цикла «Tabula Rasa». Когда попадаешь в иной мир и не знаешь даже, кто ты такой, ничего не остаётся, как привыкать к тому безумию, что творится вокруг. В этом мире полно киборгов и тех,

Попал как-то пенсионер... конкретно так он попал... в девочку... Не десантник и не спецназовец. Никаких супер способностей тоже нет. Даже память обычная, скорее даже дырявая память... А жить

Сборник произведений - 7 книг. Любой, попавший в новый мир, вынужден изучать его, чтобы не умереть от жажды или голода. Почти каждый, оказавшийся там, рано или поздно становится заложником

Три книги цикла «Рожденный в космосе». По мотивам Eve-online... Судьба бросает главного героя в настоящее путешествие меж галактиками. Весьма необычным путем. Отчаяние и воодушевление сменяют

Четыре книги цикла «Сломанный мир». Мы – ааори, «нерождённые». Так нас называют местные жители. Мы обрели имя и стали нори, но не заслужили уважения. Мы стали сильнее, но всё так же беспомощны. Мы

Первая книга цикла «Черная кровь Сахалина». Открытие трансформировалось в вопрос к самому себе. Какие нахрен японцы? Откуда? Ответа не нашел, но сознание услужливо подсказало, что слово японец

Пробуждение, резкое как переключение рубильник. Осознание себя, лежащим на чем-то твердом. Где я? Кто я? Вопросы вспыхивают и гаснут. Мысли ускользают и не желают оставаться надолго. Думать трудно,

Два совершенно непохожих друг на друга человека, стремясь решить свои проблемы, оказываются в виртуальной игре без определенного названия. Они ничего не знают друг о друге и, по большому счету о

12 мая 1982 года вечером все было как обычно. Как вдруг заложило уши и раздался жуткий звенящий гул. Почти сразу удар приземления и все незакрепленные предметы посыпались вниз. Прикрыв голову

Три книги цикла «Вернуться или вернуть?». Россия. Конец XIX века. Не гремят ещё революции, жив Александр III, Лев Толстой уже написал "Войну и мир", а Рудольф Дизель ещё не запатентовал